|
СИТУАЦИЯ НА НАЧАЛО ЯНВАРЯ
1. Социальные протесты в течение последнего месяца развернулись во многих странах мира от Великобритании и Греции до Алжира и Туниса. Но дело дошло и до России: господствовавшее еще месяц назад «сонное царство» внезапно сменилось выступлениями на Манежной площади 11 декабря. Частный повод – убийство уголовником из Кабардино-Балкарии лидера болельщиков «Спартака» - выплеснулся массовым побоищем. Однако если в других странах каждое подобное выступление имеет чёткие экономические или политические причины, а демонстранты выступают под конкретными социальными лозунгами, то в Москве одни просто всё крушили на своём пути, а другие проклинали «чёрных». И социальный состав в целом иной: в Европе выступают студенты, госслужащие и др., а на Манежной площади преобладало «московское белое гетто», районы вроде Капотни («Советская Россия», 14 декабря). Пресса в зависимости от ориентации даёт три основные версии: волнения на национальной почве (органы, поддерживающие власть), провокации фашистов (правая оппозиция) и стихийный социальный протест (левая оппозиция). Страх фашистской угрозы характерен для новых «хозяев жизни», недаром об этом пишет А. Чубайс в Интернете. А вдруг придёт кто-то, кто призовёт к ответу. Нынешняя власть этого не сделает в случае «хорошего поведения» (Ходорковский вёл себя «не так»), «коммунистического реванша», по мнению Чубайса, уже не будет, а вот «фашистов» надо бояться. А у либеральной интеллигенции страх то ли перед КГБ, то ли перед «пьяными мужиками с дубьём» уже в крови. Две другие версии на самом деле не исключают друг друга. И погромщиками сто лет назад часто бывали обозлённые и обездоленные люди, плохо понимавшие причины их бед. Впрочем, всплеск быстро утих, начались новогодние и рождественские гулянья. Что станет детонатором в следующий раз? 2. Итоги белорусских выборов были ясны уже месяц назад. И Россия, и Запад поняли, что устранить Лукашенко не удастся, а альтернативы ему нет. Лукашенко ещё до выборов заявил, что оппозиция только помогла ему своей бестолковостью (НГ, 20 декабря). Оппозиционеры обещали стоять на площади до объявления новых выборов без участия Лукашенко, но были разогнаны меньше, чем за час, и больше не смогли сорганизоваться. Западу жёсткие действия белорусской власти не понравились, Медведев так и не поздравил белорусского коллегу с переизбранием, но правительство в изгнании формировать не стали. Однако стоит вопрос: что дальше? Показателен комментарий приложения «НГ-дипкурьер» 27 декабря, видимо, отражающий мнение властных структур: «Выборы в Белоруссии» выиграла Россия». Лукашенко остался у власти, но сжёг мосты по отношению к Западу, и теперь для него один выход – отдаться России. Спасти ситуацию, по мнению газеты, может лишь массовая приватизация белорусской экономики, для которой единственный теперь покупатель – российский капитал. Таковы мечты, но пойдёт ли Белоруссия по этому пути? 3. В России тем временем экономическая ситуация не улучшается. Правда, выросли цены на нефть, но, как отмечает в экономическом обзоре года (30 декабря) «Независимая газета», после некоторого послекризисного подъема с пиком в мае в последние месяцы снова наблюдается спад. В таких условиях авторитет власти падает, и люди вспоминают прошлое, что показывают голосования в программе «Суд истории». Как отмечает социолог Д. Дондурей («Новая газета», 15 декабря), Сталина на телевидении все последние 20 лет однозначно изображают тираном, но в 1992 г. его положительно оценивало 12% россиян, а в 2010 г. уже более 51%. Впрочем, появляются и иные тенденции. По данным проведённого социологами МГУ опроса, посвящённого отношению людей к власти четырёх последних исторических периодов, на первом месте оказалась власть времён президентства Путина, далее советская власть, нынешняя власть и на последнем месте власть времён Ельцина (НГ, 7 декабря). 2000-е годы – уже история. Путин сыграл роль «социального психотерапевта», по выражению А. Ослона («Новая газета», 8 декабря), а сейчас эффект от терапии проходит. 4. Уже идёт предвыборная борьба. Путин, выступая в Хабаровске, не упомянул послание Медведева (НГ, 7 декабря), а в другом выступлении положительно оценил опыт советской национальной политики, в ответ Медведев заявил, что советская политика была слишком жёсткой (НГ, 28 декабря). Лагерь «победителей» всё более однозначно за Медведева. Чубайс в уже упоминавшемся интервью в Интернете заявил, что на выборах он наверняка победит. А обозреватель праволиберальной «Новой газеты» К. Рогов пишет о своих единомышленниках: «Люди надеются под «зонтиком» Медведева проскочить мимо Путина в послепутинское завтра» (6 декабря); он, правда, боится, что победит всё же Путин. А о том, каким должно быть «послепутинское завтра», рассуждает экономист Я. Паппэ (НГ-сценарии, 28 декабря). Его статья требует особого разговора, но суть её – призыв вернуться к гайдаровской «шоковой терапии» в новых исторических условиях. 5. На этом фоне «прогрессивные» издания отмечали годовщину смерти Е. Гайдара. А. Колесников («Новая газета», 15 декабря): «Другого портрета на стене у российских либералов нет…. Не осталось никаких других средств для коллективной идентичности, кроме бренда «Гайдар». Как говорилось по другому поводу, «ценное признание». Вот только у подавляющего большинства иное мнение о покойном, и Колесников тут же сокрушается, что в стране, которая «заговорила на языке Гайдара», нет ни одной партии, которая бы сохраняла идеологию «портрета». 6. Вот ещё два газетных высказывания декабря. Часто публикующийся в российской прессе публицист – эмигрант А. Генис пишет о Китае: «Способна ли эффективная экономика и дальше существовать с коммунистическим режимом? Если да, то вместо конца истории XXI век ждет эпическая борьба двух идеологий». Ещё более ценное признание! А в «Советской России» (28 декабря) А. Фролов приводит мнение: в гибели советского строя решающую роль сыграла «расслабуха»: с начала 90-х «никого ни к чему не призывают и не принуждают». Хочешь стать богатым за счёт других – никто не остановит, кроме, может быть, конкурентов. Хочешь валяться под забором – никто тебя не станет поднимать. Представляется, что это действительно серьёзная проблема. Автор этого обзора в давней статье объяснял этой причиной (наряду, конечно, с фальсификациями) победу Ельцина в 1996 году. Западная система ценностей возлагает на человека ответственность только перед собой и своей семьёй (раньше ещё перед богом, но роль бога упала), а в советское время учили людей быть ответственными ещё и перед обществом, что многим не нравилось, особенно интеллигентам. Вот получили, что получили. Меньшинство выиграло, большинство нет. 7. Объявлено, что группа БРИК (Бразилия, Россия, Китай, Индия) преобразуется в БРИКС: добавилась Южно-Африканская республика. Многие надеются, что эта группа государств будет в дальнейшем играть ведущую роль. Вот только впишется ли сюда Россия? Экономические показатели у неё худшие в данной пятёрке. 8. Россию принято называть страной с непредсказуемым прошлым. Но это относится не только к нам. В декабре по каналу «Культура» показали новый французский телефильм о неудачном бегстве из Парижа в 1791 г., во время Великой французской революции семьи короля Людовика XVI. Король в фильме – образец культуры и благородства, любит Францию, жену и детей и думает только об общем благе. Простой народ почитает монарха, стремится ему помочь и не хочет никаких перемен. С другой стороны – интриганы и демагоги – революционеры; люди разных взглядов и позиций в фильме только и делают, что собираются вместе и решают, как бороться с несчастным королём. Как известно, король пытался бежать за границу, а в фильме он, разумеется, не может и помыслить об измене, хочет только быть подальше от злодеев и отправиться туда, где народ его любит. Но ведь во Франции после окончательного установления республики в 1870 г. революция считалась великим событием истории, государственная символика подчёркивает преемственность с той эпохой, главный национальный праздник – день взятия Бастилии. Буржуазные обыватели, бывало, осуждали «крайности террора», не любили якобинцев, но первый период революции (до 1792 г.) почитался, а «старый порядок», олицетворявшийся королём и королевой, оценивался плохо. Такова была традиция, особенно строго поддерживавшаяся коммунистами и другими левыми, игравшими значительную роль в культурной политике. Двадцать лет назад такой фильм был бы невозможен, ещё в 1989 г. двухсотлетие революции торжественно отмечали. А теперь фильм скроен по тем же шаблонам, по которым у нас сейчас рассказывают о нашей «венценосной семье». Хотя во Франции строй за эти годы не изменился, но смена строя у нас похоронила там левую традицию (коммунисты даже потеряли право иметь фракцию в парламенте), а правые мифы и легенды ожили. И так почти во всей Европе (кроме отчасти тех стран, где ещё не забыли годы правой диктатуры – Греции, Испании, Португалии, а также культурно близкого к Греции Кипра). Но вот в четырёх странах БРИКС, кроме России, дело обстоит иначе. И в России левая традиция не умирает, как бы её не пытались похоронить. В. Алпатов
|