Итоги 2014 г. События на Украине: война – это мир, свобода – это рабство, незнание – сила.

Пора заглянуть за занавес событий на Донбассе Сегодня — первая часть работы известного теоретика антиглобализма С.А. Строева.


Пред Родиной, конечно, неудобно…

Долги, конечно, надо отдавать…

Но почему она – в уплату долга –

С вас требует кого-то убивать?

И коль у вас пред ней долги такие,

Что даже жизнь – в уплату их – пустяк,

То хочется спросить вас, дорогие,

Зачем же вы одалживались так?

Коль Родина удар наносит сзади,

Да так, что аж в глазах потом круги,

То лучше, дорогие, не влезайте

Вы к этой страшной Родине в долги!

Леонид Филатов «Лизистрата»

– Ненавижу тебя, Чака! – проревел он.
– Ненавижу тебя, Фасимба! – был ответ.
Обмен проклятиями был столь же формальным, как и па-де-де в балете.Оба потрясли оружием и выкрикнули несколько угроз, потом сели и принялись спокойно разговаривать. Фасимба был одет в такой же отвратительный, наводящий ужас наряд, как и Чака. Различие было лишь в незначительных деталях.

Гарри Гаррисон «Специалист по этике»

Ныне, как нетрудно видеть, война – дело чисто внутреннее. В прошлом правители всех стран, хотя и понимали порой общность своих интересов, а потому ограничивали разрушительность войн, воевали всё-таки друг с другом, и победитель грабил побеждённого. В наши дни они друг с другом не воюют. Войну ведёт правящая группа против своих подданных, и цель войны – не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй. Поэтому само слово «война» вводит в заблуждение. Мы, вероятно, не погрешим против истины, если скажем, что, сделавшись постоянной, война перестала быть войной.

Джордж Оруэлл «1984»

Вряд ли будет преувеличением сказать, что события на Украине (здесь и далее по тексту: Украина без кавычек – территория, регион, либо если она так упоминается в названиях официальных документов; «Украина» в кавычках – псевдогосударственное образование) были одной из наиболее заметных (по крайней мере, на уровне целенапрвленного привлечения к ним внимания) новостных тем проходящего 2014 года. Сколько-нибудь подробное и детальное изложение фактологии и хронологии событий выходит далеко за рамки задач настоящего обзора и представляет уже интерес скорее с точки зрения новейшей истории, нежели с точки зрения политического анализа. Отметим лишь самым кратким и конспективным образом основные этапы и вехи произошедших событий.

Краткая событийная канва

1. Резкая переориентация президента Януковича с перспективы вхождения в Таможенный союз ЕврАзЭс на «Соглашение об ассоциации Украины с Европейским союзом», которое планировалось подписать во время Вильнюсского саммита «Восточного партнёрства» 28-29 ноября 2013 года. Затем – не менее резкий и внезапный его отказ от подписания этого соглашения за неделю до саммита. Акции протеста сторонников евроинтеграции – «Евромайдан».

2. Разгон Евромайдана (тогда ещё достаточно мирного, «студенческого») в ночь на 30 ноября. В течение декабря 2013 и первой половины января 2014 – парламентский кризис, резкая эскалация уличных протестов (марши, митинги, палаточные городки), перерастание требований смены внешнеполитического курса в требования смены правящего режима. Формирование двух «крыльев» уличного протеста – условно ненасильственного собственно «Майдана» и боевого крыла («Правый сектор» и др.), которое начиная с событий 1 декабря 2013 сконцентрировалось на захватах административных зданий в правительственном квартале и на нападениях на милицейские кордоны.

3. Принятие 16 января пакета репрессивных законов, ужесточающих наказания за участие в несанкционированных акциях и порядок регистрации политических организаций, а также резко ограничивающих свободу прессы. Взрыв возмущения, начало массовых беспорядков и столкновений с милицией с применением оружия (со стороны протестующих – зажигательные смеси, камни и пиротехника, со стороны милиции – огнестрельное оружие, водомёты и светошумовые гранаты с привязанными к ним камнями), в частности – уличные бои боевиков «Правого сектора» с бойцами спецподразделения МВД «Беркут» в районе улицы Грушевского и Европейской площади (19-23 января). Баррикады, катапульта. Первые погибшие в результате столкновений. Захваты протестующими административных зданий в Киеве, а также городских и областных администраций в ряде западных регионов страны. Отставка правительства (28 января) и вынужденная отмена репрессивных законов (28-31 января), что отнюдь не стало «жестом мира», а лишь продемонстрировало слабость режима.

4. Дальнейшая эскалация противостояния в феврале, перерастание акций протеста в полномасштабную уличную войну. В парламенте – требования к возвращению конституции 2004 года. Утрата контроля над западными областями вследствие силового захвата местных администраций оппозицией. 18-20 февраля – пик столкновений в Киеве. Возникновения движения «Антимайдана» в Юго-Восточных областях Украины.

5. 21 февраля – подписание Януковичем и лидерами оппозиции соглашения «Об урегулировании политического кризиса в Украине». Бегство Януковича. Переход правительственного квартала Киева (Верховная Рада, Администрация президента, Кабмин и МВД) под контроль сил Майдана 22 февраля. Изменение соотношения сил в Раде вследствие массового выхода депутатов из фракции «Партии регионов». Постановление Рады о «самоустранении» президента. Фактическая смена власти в стране. Назначение решением Рады Александра Турчинова «и.о. президента Украины» 23 февраля, решение Рады об отмене закона «Об основах государственной языковой политики». Формирование нового парламентского большинства и избрание Яценюка премьер-министром 27 февраля.

6. Непризнание новой власти в ряде регионов Восточной, Юго-Восточной и Южной Украины и даже в Закарпатье в феврале-апреле 2014 года. Массовые акции в юго-восточных регионах с лозунгами непризнания законности пришедшей в результате антиконституционного переворота новой киевской власти, требованиями проведения референдума в каждом регионе относительно его статуса, федерализации Украины либо полного отделения от неё, признания Русского языка вторым государственным, создания собственного независимого государства либо вхождения в состав РФ. «Русская весна». Проект «Большой Новороссии», включающей все охваченные «Антимайданом» и пророссийскими выступлениями области – Донецкую, Луганскую, Харьковскую, Днепропетровскую, Запорожскую, Херсонскую, Николаевскую и Одесскую, а также город государственного значения Севастополь и автономную республику Крым (наиболее радикальные проекты предполагали включение в состав Новороссии и других восточных областей – Черниговской, Сумской, Полтавской, Кировоградской и Черкасской). Одновременные акции и уличные столкновения, всё более вооружённые и ожесточённые, между сторонниками новой власти и унитарного единства «Украины» и сторонниками федерализации в Харькове, Донецке, Одессе, Днепропетровске, Запорожье и многих других городах Юго-Восточной Украины. Захват пророссийскими активистами административных зданий в Харькове, Донецке, Мариуполе, Луганске и Одессе. Провозглашение «народных губернаторов» Донецка и Лунанска – Павла Губарева и Александра Харитонова. Непризнание новых властей «Украины» руководством автономной республики Крым и Севастополя, организация отрядов самообороны, строительство блок-постов. Подготовка к референдуму о статусе Крыма, появление в Крыму российских военнослужащих без опознавательных знаков и знаков различия («зелёных человечков», «вежливых людей»), блокировавших деморализованные части «ВС Украины», взявших под контроль некоторые имеющее стратегическое значение объекты, и обеспечивших условия для подготовки к референдуму. Участие военных РФ в аннексии Крыма изначально руководством РФ категорически отрицалось, но впоследствии было признано.

7. Запрос президента РФ Путина и получение им разрешения от Совета Федерации на использовании Вооружённых Сил РФ на территории Украины 1 марта. 4 марта Путин прямо заявил на ТВ, что «и, если мы увидим, что этот беспредел начинается в восточных регионах, если люди попросят нас о помощи, а официальное обращение действующего легитимного президента у нас уже есть, то мы оставляем за собой право использовать все имеющиеся средства для защиты этих граждан и считаем, что это вполне легитимно». Принятие Декларации о независимости Автономной республики Крым и города Севастополя Верховным Советом АРК и Севастопольским городским советом 11 марта 2014 года. Референдум о статусе Крыма, проведённый 16 марта, в котором по официальным данным в АРК приняло участие 83.1% избирателей, а в г. Севастополе – 89.5%. Из числа пришедших на избирательные участки за вхождение в состав РФ проголосовали 96.77% в АРК и 95.60% в Севастополе. 17 марта была провозглашена независимая Республика Крым (включая Севастополь), 18 марта был подписан договор о вхождении этой республики и Севастополя в состав РФ в качестве двух субъектов федерации. 20 марта Госдумой РФ был принят соответствующий закон, а 21 марта он был подписан президентом РФ Путиным.

8. 6 апреля пророссийские активисты штурмом взяли здание СБУ в Луганске. В последующие дни были блокированы части внутренних войск. 7 апреля была провозглашена Донецкая народная республика как независимое от «Украины» государство, начался силовой захват и установление контроля над административными зданиями, захваты повстанцами складов с оружием и постепенное формирование ими своих вооружённых структур. 7 апреля «и. о. президента Украины» Турчинов объявил о создании антикризисного штаба и начале «антитеррористической операции» на Юго-Востоке Украины. В Харькове протестующие сформировали свои альтернативные органы власти и провозгласили создание Харьковской народной республики. В течение апреля в городе происходили ожесточённые столкновения между сторонниками проведения референдума о самоопределении и сторонниками единства «Украины» и новой киевской власти. В Одессе прошли массовые выступления пророссийских активистов на Куликовом поле, участники которых также провозгласили Одесскую народную республику Новороссии. В Николаеве 7 апреля произошла попытка захвата областной администрации пророссийскими и федералистскими активистами, а также их столкновения с напавшими на их палаточный лагерь активистами «Правого сектора». 6-7 апреля массовые выступления сторонников федерализации и проведения референдума о статусе регионов прошли в Днепропетровске и Запорожье. 15 апреля «и.о. президента Украины» Турчинов объявил о начале силовой фазы антитеррористической операции. 28 апреля была провозглашена независимость Луганской народной республики. 2 мая в Одессе прошёл марш «За единство Украины», организованный футбольными фанатами, силами «Самообороны Майдана», «Правого сектора» и, по некоторым данным, переодетых в гражданское боевиков сформированных новым правительством спецбатальонов. Отмечается, что многие из участников марша специально прибыли из других городов. В то же самое время, «Одесская дружина» и другие пророссийские силы сформировали свою колонну для пресечения «бандеровского марша». Обе стороны конфликта были вооружены, преимущественно холодным и травматическим оружием, а также самодельными бутылками с зажигательной смесью («коктейли Молотова»). В середине дня при невмешательстве милиции произошли ожесточённые уличные бои, в результате которых сторонники нового киевского режима частью рассеяли, частью блокировали пророссийских активистов. Вечером того же дня победившие в уличных боях футбольные фанаты и «майдановцы» атаковали постоянный палаточный лагерь пророссийских активистов на Куликовом поле, разгромили его и сожгли. Часть активистов палаточного лагеря попыталась укрыться в Доме профсоюзов, который был осаждён и в ходе столкновений подожжён нападавшими. В результате несколько десятков человек из числа осаждённых погибли – отравились угарным газом (по некоторым данным – неизвестным отравляющим газом), задохнулись, сгорели и разбились при попытке выбраться из горящего здания. Общее число погибших (включая уличные бои днём) по разным данным составило от 48 до 100 человек и более.

9. В течение апреля и мая силами подконтрольных новому киевскому режиму силовых структур, а также украинских националистических вооружённых группировок пророссийские и федералистские выступления были более или менее подавлены в Одесской, Николаевской, Днепропетровской, Харьковской, Запорожской и Херсонской областях, над которыми установился контроль пришедших в ходе «Майдана» киевских властей. Проекты Харьковской и Одесской народных республик, равно как и независимой Закарпатской Руси не реализовались. Зато часть территории Донецкой и Луганской областей фактически полностью вышли из-под контроля центрального киевского правительства. После провозглашения 7 апреля ДНР и создания 10 апреля Донецкой народной армии, под контроль новой республики перешла значительная часть прежней Донецкой области, включая Славянск, Артёмовск, Краматорск, Красный Лиман, Мариуполь, Енакиево, Макеевку, Горловку, Харцызск, Ждановку, Кировское, Новоазовск, Северск, Комсомольское, Старобешево, Красноармейск и Родинское. 28 апреля была провозглашена Луганская народная республика. Таким образом к началу мая провозглашённые ДНР и ЛНР достигли максимального расширения контролируемой ими территории. 11 мая в обеих республиках были проведены референдумы, на основании результатов которых республики провозгласили себя независимыми и суверенными государствами. 24 мая ЛНР и ДНР сформировали конфедеративный Союз народных республик – «государство Новороссия». Изначально в мае ещё была жива идея Большой Новороссии, включающей в себя Донецкую, Луганскую, Харьковскую, Одесскую, Николаевскую, Запорожскую, Херсонскую, Днепропетровскую области, а также, возможно, Кировоградскую область, Крым и другие регионы, желающие выйти из состава «Украины» или федерализовать её. Однако фактически сформировался лишь конфедеративный союз Донецкой и Луганской народных республик, контролировавших на момент своего наибольшего расширения примерно две трети прежних Донецкой и Луганской областей.

10. Руководство РФ и лично президент РФ Путин не поддержали проведение референдумов о независимости ЛНР и ДНР и прямо обращались к руководству республик с настоятельными предложениями «отложить» (на неопределённый срок) их проведение. В дальнейшем ДНР и ЛНР так не были признаны администрацией РФ, а, следовательно и иными государствами за исключением друг друга и Южной Осетии.

11. Номинальное провозглашение ДНР и ЛНР государствами ни в коей мере не отменяет того факта, что фактически эти территории (по меньшей мере, до осени 2014 года включительно) контролировались добровольческими повстанческими группировками со своими полевыми командирами, причём каждая из таких «повстанческих армий» имела свою собственную идеологию, контролировала свою территорию, была достаточно независима от номинальных правительств обеих народных республик и находилась не всегда в простых отношениях с другими группировками, образующими в совокупности силы обеих республик. Фактически речь идёт не о регулярной армии, а о конгломерате более или менее союзных друг другу вооружённых добровольческих формирований. В числе таковых называют батальон «Восток» Александра Ходаковского; 1-й добровольческий батальон ополчения ДНР министра обороны ДНР Игоря Гиркина («Стрелкова»); Батальон «Заря» Игоря Плотницкого (впоследствии – Андрея Патрушева); «Русскую Православную Армию» Михаила Верина, по некоторым данным ориентированную на движение «Новороссия» Павла Губарева; группировку Игоря Безлера («Беса»); бригаду «Призрак» Алексея Мозгового; батальон «Оплот» Александра Захарченко; Батальон «Кальмиус» Константина Кузьмина; Объединённую армию Юго-Востока во главе сначала с Валерием Болотовым, а потом – Игорем Плотницким; батальон «Спарта» Арсения Павлова («Моторолы»); батальон «Сомали» Михаила Толстых («Гиви»); казачье ополчение «Волчья сотня» Евгения Пономарёва («Динго»); Казачью национальную гвардию Всевеликого войска Донского Николая Козицина; а также множество других более мелких вооружённых структур, включая группы добровольцев или наёмников из ряда стран, отряды тех или иных российских («Другая Россия», «РНЕ Баркашова» и др.) и европейских радикальных партий и движений и т.д. С другой стороны, нельзя не отметить, что противоположная сторона вооружённого конфликта включает в себя тоже далеко не только регулярные части «Вооружённых сил Украины», полурегулярные батальоны территориальной самообороны, подразделения Национальной гвардии (включая её спецподразделения «Омега», «Ягуар», «Барс», «Гепард»), милиции, спецподразделения МВД (бывший «Беркут» и «Сокол»), «Службы безопасности Украины», Управления государственной охраны и пограничной службы, но и боевые группировки радикальных националистических движений типа Добровольческого украинского корпуса «Правого сектора» и батальона «ОУН», а также фактически частные армии типа сформированных на деньги олигарха Игоря Коломойского батальона «Донбасс» Семёна Семенченко, формально входящего в структуру МВД батальона (впоследствии – полка) «Днепр-1» и формально входящего в структуру Национальной гвардии батальона (впоследствии – полка) «Азов». Формальная принадлежность добровольческих вооружённых подразделений к тем или иным государственным структурам (МВД, ВС) не должна вводить в заблуждение – фактически речь идёт о вооружённых боевиках националистический политических организаций в спектре от «Самообороны Майдана» до «Социал-Национальной ассамблеи», которым не только роздано оружие, но и придана бронетехника. Таким образом, фактически с обеих сторон оказались широко задействованы самоорганизовавшиеся группы повстанцев промайдановской либо антимайдановской направленности и боевиков из числа политических радикалов, порождённые крахом даже последних остатков видимости легитимной государственности. Такая ситуация сложилась весной-летом 2014 года. В течение осени 2014 и наступившей зимы 2014-2015 г. с обеих сторон делались совершенно симметричные попытки запретить и поставить «вне закона» автономные вооружённые группировки, не вошедшие в структуру и подчинение официальных государственных структур соответственно «Украины» или народных республик.

12. 25 мая на Украине (за исключением Крыма и территорий, фактически контролируемых структурами ДНР и ЛНР) прошли внеочередные президентские выборы, на которых в первом же туре победил беспартийный Пётр Порошенко. Главным итогом выборов 25 мая стало то, что на Украине вновь появился «избранный» (а не назначенный в результате государственного переворота) «президент». Тем самым, если не полностью, то в значительной мере была обесценена возможность использовать «легитимного Януковича» для создания «правительства в изгнании» и действий от его лица.

13. Начиная с конца апреля и в течение всего лета 2014 года происходили всё более ожесточённые бои между вооружёнными структурами, условно поддерживающими новую киевскую власть (именно условно, потому что многие боевики от этой власти далеко не в восторге и их союз с этой властью сугубо ситуативен), и повстанческими отрядами Новороссии. От уличных столкновений ситуация переросла в полноценную войну с применением не только стрелкового оружия, но и бронетехники, артиллерии, миномётов, ракетных комплексов и авиации. Соответственно, стремительно нарастало количество не только потерь обеих воюющих сторон, но и жертв среди мирного населения, а также разрушений жилых домов и городской инфраструктуры. Уже с 15 апреля начались атаки украинской армии и проукраинских вооружённых формирований на блокпосты повстанцев на подступах к Славянску. Интенсивные бои в районе Славянска, Краматорска и Красного Лимана (западный рубеж ДНР) продолжались вплоть до 5 июля, когда повстанческие группы во главе с Гиркиным оставили Славянск и передислоцировались в Донецк. В районе Мариуполя, включая сам город, бои происходили с 7 мая по 14 июня, в итоге сам Мариуполь и прилегающий район перешли под контроль проукраинских сил и нового киевского режима. С мая и вплоть до конца сентября происходили бои за контроль над Донецким аэропортом, где повстанцы ДНР блокировали украинских военных. Летом после падения Славянска, украинские силы осуществили несколько атак на Донецк, в том числе с использованием танков, город подвергся артиллерийским обстрелам, особенно пострадали его пригороды. В июне аваналёту подвергся Луганск. Отдельным театром вооружённых столкновений стали пограничные пункты между народными республиками и РФ, контроль над которыми позволял, соответственно, держать открытым либо закрытым коридор для военной и гуманитарной помощи из РФ. С начала июня украинские силы попытались отрезать обе республики от РФ, начав одновременное наступление со стороны Амвросиевки мимо Саур-Могилы на восток и со стороны Станицы Луганской на юг, однако попали в окружение («Изваринский котёл»). Значительная их часть была уничтожена, часть была взята в плен, некоторым группам удалось вырваться. В итоге повстанческие республики получили серьёзный объём трофейного оружия и техники, а также сохранили за собой выход к границе с РФ на востоке, однако к концу июля территория, контролируемая республиками, резко сократилась. Луганск и Донецк фактически оказались на рубеже фронта, причём Донецк – ещё и в полукольце под угрозой окружения. В первой половине августа наиболее ожесточённые бои шли в районе Шахтёрска, а затем – с 10 августа – Иловайска. Вплоть до 23 августа украинские вооружённые формирования продвигались вглубь территории народных республик, пытаясь отрезать донецкие и луганские группировки повстанцев друг от друга, с боями заняли ряд населённых пунктов, 18-20 августа бои уже велись на улицах Луганска и Макеевки, в пригородах Донецка, Горловки и Первомайска, проукраинскими силами были блокированы Иловайск и Алчевск. Иными словами ДНР и ЛНР фактически превратились из сплошных территорий в совокупность анклавов, удерживаемых теми или иными сопротивляющимися добровольческими частями.

14. 17 июля 2014 года на востоке Донецкой области в районе села Грабово недалеко от города Торез, у границы с Луганской областью произошла катастрофа самолёта Боинг (Boeing 777) авиакомпании «Малайзийские авиалинии» («Malaysia Airlines»), следовавшего рейсом 17 из Амстердама в Куала-Лумпур. Все 298 человек (283 пассажира и 15 членов экипажа), находившихся на борту, погибли. Несмотря на все расследования, кто именно сбил самолёт – украинские военные её регулярной армии («ВС Украины»), полурегулярные или нерегулярные проукраинские вооружённые формирования, повстанцы ЛНР или ДНР, военные РФ, спецслужбы третьих государств (например, как вариант, западных) или некие «террористы» – так и осталось неизвестным. Более того, так и не было достоверно установлено, был ли сбит пассажирский самолёт с земли (наиболее часто упоминаемая версия – ракетой, выпущенной из зенитного ракетного комплекса «Бук») или с воздуха (атака другого самолёта). Тем не менее, гибель самолёта, считающаяся крупнейшей по количеству погибших катастрофой в истории авиации с 11 сентября 2001 года, стала для всех вовлечённых сторон (США, стран ЕС, РФ, «Украины») мощным информационно-пропагандистским поводом и инструментом привлечения внимания публики и формирования «общественного мнения», для каждой из сторон – в выгодном ей ключе.

15. 14 августа командующий «Вооружёнными силами ДНР», министр обороны ДНР и военный комендант Донецка Игорь Гиркин («Стрелков») подал в отставку и отбыл на территорию РФ.

16. 23 августа в войне произошёл резкий перелом: началось контрнаступление сил ДНР и ЛНР по всем направлениям. Украинские части были отброшены на значительное расстояние на запад от Донецка и на север от Луганска. В районе Иловайска проукраинские части, как и практически все украинские части, действовавшие в глубине территорий ДНР и ЛНР с целью отрезать их друг от друга и от границы с РФ, были окружены. В результате образовалось множество «котлов» (Иловайский, Оленовский, Донецкий, Амвросиевский, Дебальцевский и др.), которые были в основном ликвидированы к началу сентября. На юге силы ДНР 25-27 августа овладели Волновахой, Новоазовском и подошли к Мариуполю, а затем обошли его с севера и заняли Володарское. 1 сентября повстанцы вернули под свой контроль Луганский аэропорт. В это же время (25 августа) во Пскове прошли похороны погибших десантников, при этом руководство РФ участие российских военных в войне на Украине сначала категорически отрицало, а потом заявило об «отпускниках-добровольцах», поехавших на Украину якобы в своё личное отпускное время по собственной инициативе без ведома начальства. Тема анонимных захоронений российских военнослужащих, воевавших на Украине без официального приказа и знаков различия возникла именно в этот период. Накануне, по-видимому, начались серьёзные поставки народным республикам российского вооружения, включая бронетехнику – открылся т.н. «военторг». Оборотной стороной прямой помощи со стороны РФ стало планомерное «выдавливание» из руководства народных республик как местных повстанческих народных лидеров, так и идейных «красных» и «белых» романтиков-добровольцев из РФ и планомерное насаждение кремлёвских ставленников.

17. 5 сентября 2014 года в Минске заключено т.н. «Соглашение о прекращении огня» в форме «Протокола по итогам консультаций Трёхсторонней контактной группы относительно совместных шагов, направленных на имплементацию Мирного плана Президента Украины П. Порошенко и инициатив Президента России В. Путина». Соглашение было подписано послом ОБСЕ Хайди Тальявини, экс-президентом «Украины» Леонидом Кучмой (не вполне понятно в каком статусе), послом РФ на «Украине» Михаилом Зурабовым, а также Александром Захарченко и Игорем Плотницким как частными лицами, без какого-либо указания их должности, статуса или полномочий. Помимо, собственно, прекращения огня и бессмысленных прекраснодушных деклараций (типа «Продолжить инклюзивный общенациональный диалог», «Принять меры по улучшению гуманитарной ситуации на Донбассе», «Вывести незаконные вооруженные формирования, военную технику, а также боевиков и наёмников с территории Украины» и т.п.), соглашение определяет статус территорий, контролируемых повстанцами следующим отразом: «Провести децентрализацию власти, в т. ч. путём принятия Закона Украины «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» (Закон об особом статусе)». Иными словами, подписанное формальными лидерами ДНР и ЛНР Соглашение подразумевает не только сохранение территорий этих республик в составе и под юрисдикцией «Украины», но и временность их «особого статуса». В остальном соглашение было составлено в столь расплывчатых выражениях, что позволяет трактовать его как угодно – вплоть до обязательства РФ вернуть «Украине» Крым. Практическим же результатом принятия соглашения стала остановка успешного наступления ополчения, стабилизация линии фронта и возможность для регулярных и иррегулярных вооружённых структур «Украины» восстановиться, перегруппироваться, провести дополнительную мобилизацию и закрепиться на новых рубежах. Вполне реальная перспектива как полного военного разгрома «ВС Украины», так и успешного «прорубания» коридора к Крыму была, тем самым, закрыта. Заключение минских договорённостей было вполне справедливо охарактеризовано командиром механизированной бригады «Призрак» Алексеем Мозговым и рядом других авторитетных полевых командиров Новороссии как предательство, за которое правительства ДНР и ЛНР должны уйти в отставку.

18. Во исполнение Протокола «Верховная Рада Украины» 16 сентября приняла законы «Об особом порядке самоуправления отдельных районов Донбасса» и «Про недопущение преследования и наказания участников событий на территории Донецкой и Луганской области».

19. 19 сентября в Минске теми же лицами, которые подписали Протокол, был подписан Меморандум об исполнении положений Протокола – более конкретный документ, предусматривающий уже вполне определённые меры, важнейшие из которых – «Прекращение применения оружия считается общим», «Остановка подразделений и воинских формирований сторон на линии их соприкосновения по состоянию на 19 сентября 2014 года», «Запрет на применение всех видов оружия и ведение наступательных действий», «В течение суток с момента принятия данного Меморандума – отвод средств поражения калибром свыше 100 мм от линии соприкосновения на расстояние не менее 15 км с каждой стороны … что даст возможность создать зону прекращения применения оружия шириной не менее 30 км (зону безопасности)», «Вывод всех иностранных вооруженных формирований, военной техники, а также боевиков и наёмников с территории Украины при мониторинге ОБСЕ» и др. Помимо самих пунктов Меморандума, не менее примечательна преамбула, в которой А.В. Захарченко и И.В. Плотницкий обозначены как «представители отдельных районов Донецкой и Луганской областей». Фактически как сам Протокол от 5 сентября, так и Меморандум от 19 сентября обозначили признание всеми сторонами, включая не только РФ, но и её ставленников в т.н. «руководстве ДНР и ЛНР» «суверенитета» «Украины» над территорией Новороссии и Донбасса, то есть фактический отказ от провозглашённого суверенитета и независимости ДНР и ЛНР.

20. Декларированный «режим прекращения огня и применения оружия», как несложно было предвидеть с самого начала, в дальнейшем не соблюдался, а в его нарушении стороны стороны исправно обвиняли друг друга. Фактическим итогом минского сговора стало не прекращение огня, а переход маневренной войны в войну позиционную, в которой потери с обеих сторон (а также среди мирного населения) не сопровождаются существенным движением линии фронта. Иными словами, противники утратили надежду на относительно быстрое разрешение кризиса в результате победы одной из сторон, а война из процесса превратилась в состояние. В течение сентября-декабря 2014 года ожесточённые бои с большим количеством жертв с обеих сторон продолжались за контроль над Донецким аэропортом, причём они продолжились и в январе наступившего 2015 года. Активные боевые действия происходили в районе Дебальцево и к северу от Луганска, продолжались артеллерийские обстрелы украинской армией контролируемых повстанцами городов, включая Донецк, и обстрелы повстанцами украинских блок-постов. Полного обмена военнопленными, а также заложниками и другими насильственно удерживаемыми лицами так и не произошло. Программа экономического восстановления Донбасса не только не вступила в силу, но даже и не была разработана. Фактическая экономическая, финансовая и продовольственная блокада Донбасса украинскими властями в сочетании с продолжающимися обстрелами создаёт предпосылки для гуманитарной катастрофы оказавшегося в зоне войны гражданского населения. Идея мониторинга границы РФ и непризнанных республик наблюдателями ОБСЕ фактически не реализовалась. В течение осени и начала зимы по неофициальным данным российский «военторг» и «военный туризм» несколько раз прекращали и вновь начинали работу в зависимости от зигзагов внутренней борьбы в верхних эшелонах бюрократии РФ и от степени угрозы для ДНР и ЛНР в смысле концентрации украинских сил. В частности, очередное обострение и эскалация конфликта имели место во второй половине октября 2014 года, когда стягивание к границам народных республик украинских подразделений по неофициальным данным вызвало симметричный ответ в виде резкого увеличения количества российских «военных отпускников» и поставляемой в непризнанные республики российской военной техники и, соответственно, очередной виток «патриотического» возбуждения «общественности» с обеих сторон, а также на Западе. В целом же на конец 2014 – начало 2015 года политика со стороны РФ более всего напоминает лозунг Троцкого «ни мира, ни войны».

21. В начале октября Алексей Мозговой попытался сформировать Совет командиров как орган фактического управления повстанческими силами. Его идея не была поддержана: по-видимому, зависимость от поставок российского «военторга» и пополнения «военными отпускниками» оказалась критической, и реальные полевые командиры оказались уже к этому времени подмяты кремлёвскими назначенцами, что, в значительной мере, предопределило дальнейшее развитие событий.

22. 26 октября 2014 года на Украине прошли досрочные парламентские выборы, вызванные распадом правящей коалиции «Европейский выбор» в результате выхода из неё националистических фракций Всеукраинского Объединения «Свобода» Олега Тягнибока и партии «УДАР» Виталия Кличко. Выборы проводились по смешанной системе, то есть одновременно по партийным спискам и по одномандатным округам. Явка избирателей составила 52,42%. По общегосударственному многомандатному округу в список вошли 29 партий и движений, из которых шесть набрали более 5% голосов и прошли в новый состав Рады: Народный фронт (3488114 голосов, 22,14%), Блок Петра Порошенко (3437521 голос, 21,82%), «Самопомощь» (1729271 голос, 10,97%), Оппозиционный блок (1486203 голоса, 9,43%), Радикальная партия (1173131 голос, 7,44%) и Батькивщина (894837 голосов, 5,68%). Не преодолели пятипроцентного барьера «Свобода» (742022 голоса, 4,71%), Коммунистическая партия (611923 голоса, 3,88%), «Сильная Украина» (491471 голос, 3,11%), «Гражданская позиция» (489523 голоса, 3,10%), «ЗАСТУП» (418301 голос, 2,65%), «Правый сектор» (284943 голоса, 1,80%) и остальные партии, получившие менее 1% голосов каждая. По совокупности выборов по партийным спискам и по одномандатным округам в «Верховную Раду Украины» прошли: Народный фронт Арсения Яценюка (64+18=82 места), Блок Петра Порошенко (63+69=132 места), Объединение «Самопомощь» Андрея Садового (32+1=33 места), Оппозиционный блок Юрия Бойко (27+2=29 мест), Радикальная партия Олега Ляшко (22+0=22 места), Батькивщина Юлии Тимошенко (17+2=19 мест), Всеукраинское объединение «Свобода» Олега Тягнибока (0+6=6 мест), «Сильная Украина» Сергея Тигипко (0+1=1 место), Всеукраинское аграрное объединение «ЗАСТУП» Веры Ульянченко (0+1=1 место), «Правый сектор» Дмитрия Яроша (0+1=1 место), «Воля» Юрия Деревянко (0+1=1 место) и 96 самовыдвиженцев. Таким образом, по сравнению с предыдущим составом Рады полный разгром пережили не только «регионалы» (бывшая «Партия регионов», остатки которой сформировали «Оппозиционный блок») и «коммунисты» (КПУ предсказуемо не прошла в Раду), но, как ни странно, и радикальные националисты. В частности, «Свобода» Тягнибока потеряла 32 места, «Правый сектор» увеличил свое представительство с нуля до 1 места, правда Радикальная партия Олега Ляшко увеличила представительство с 1 места до 22, но по градусу националистического накала она скорее находится в одной нише с Батькивщиной (чьи голоса, вероятно, и забрала) и вошедшим в Блок Петра Порошенко УДАРом, нежели со «Свободой» и, тем более, «Правым сектором». Таким образом, несмотря на «патриотическую» моду включения боевиков АТО в списки чуть ли не большинства даже вполне умеренных партий и блоков, выборы, тем не менее, показывают, что никакой реальной властью на Украине «необандеровцы» и «укронацисты» не обладают, а служат, по крайней мере пока, лишь инструментом в реализации глубоко чуждых их собственным идеалам политических проектов. Власть же на Украине принадлежит ставленникам и выразителям интересов мировой транснациональной капиталократии – то есть тем, кого в России принято (хотя это и не вполне терминологически верно) условно обозначать термином «неолибералы».

23. 2 ноября в ДНР и ЛНР одновременно прошли выборы глав республик и «Народных советов» («парламентов»). В Донецкой народной республике к участию в выборах Народного совета I созыва были допущены лишь два объединения – «Донецкая республика» Андрея Пургина (64,43% голосов, 68 мандатов) и «Свободный Донбасс» Евгения Орлова (27,75% голосов, 32 мандата). Остальным партиям, движениям и блокам (в частности, местной Компартии, партии «Новороссия» Павла Губарева, блоку под названием «Единая Россия») в регистрации было отказано. Проукраинские партии и объединения участвовать в выборах и не пытались, считая их заведомо нелегитимными и не имеющими силы. На выборах главы ДНР было зарегистрировано три кандидата: премьер-министр ДНР Александр Захарченко (765 340 голосов, 78,93% от числа действительных бюллетеней), вице-спикер Союзного парламента Новороссии Александр Кофман (111 024 голоса, 11,45%) и депутат Народного Совета ДНР Юрий Сивоконенко (93 280 голосов, 9,62%). Явка по данным ЦИК ДНР составила «около 85%». В Луганской народной республике к участию в выборах Народного совета II созыва были допущены три объединения – «Мир Луганщине» (69,42% голосов, 35 мест), «Луганский экономический союз» (22,23% голосов, 15 мест) и «Народный союз» (3,85% голосов, не прошёл в Народный совет). На выборах главы ЛНР было зарегистрировано четыре кандидата: действовавший глава республики Игорь Плотницкий (445 095 голосов, 63,04%), руководитель Федерации профсоюзов ЛНР Олег Акимов (15,12%), министр здравоохранения ЛНР Лариса Айрапетян (7,28%), а также самовыдвиженец предприниматель Виктор Пеннер (10,08%). Явка по данным ЦИК ЛНР составила 67,71%. Как в ДНР, так и в ЛНР в условиях отсутствия у ЦИК реальных данных о количестве избирателей (не говоря уже о поимённых их списках), их местонахождении (в условиях войны, участия в боевых действиях одной части населения, миграции в качестве беженцев другой части и вынужденных внутренних перемещений третьей) и информации о том, кто из них жив, кто погиб, кто находится в пределах республик, а кто их покинул сам или оказался за их пределами в зоне, контролируемой украинской стороной, даже с чисто технической точки зрения результаты выборов не могут не быть сомнительными. К этому добавляется вынужденная, но весьма сомнительная практика интернет-голосования с помощью индивидуальных паролей и присылки в порядке предварительного голосования сканированных изображений заполненных бюллетеней по электронной почте. В совокупности с продолжающимися военными действиями и присутствием в зоне проведения выборов вооружённых структур сомнительного статуса всё это ставит результаты выборов под большой вопрос. Украинские власти выборы, разумеется, не признали, о чём предупреждали заранее. Более того, украинская сторона заявила о том, что проведение выборов в обеих народных республиках 2 ноября 2014 года противоречит п. 9 минских соглашений, согласно которому досрочные местные выборы на неподконтрольных «Украине» районах Донбасса должны были пройти в соответствии с законом «Украины» «О временном порядке местного самоуправления в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» 7 декабря. Важна здесь, конечно, не дата, а формальное соответствие «украинскому законодательству и правовому полю», а главное – политическое позиционирование выборов как местных или как государственных. Впрочем, как бы то ни было, минские соглашения всё равно не соблюдаются обеими сторонами, причём и по гораздо более существенным пунктам, так что апелляция к ним по поводу порядка проведения выборов не имеет реальной силы и веса. Важнее другое: руководство РФ устами своего министра иностранных дел Сергея Лаврова в последних числах октября 2014 года прямо и буквально пообещало: «Ожидаем, что выборы состоятся как уславливались, и мы, конечно, признаем их результаты». Однако в итоге РФ так до сих пор и не признала результаты выборов, отделываясь, как и в случае с референдумами о независимости, обтекаемыми и двусмысленными формулировками типа «уважения волеизъявления жителей». Но выражение «уважения» – не есть официальное признание. Таким образом, обещание Лаврова признать результаты ноябрьских выборов оказалось таким же циничным, бесстыжим и подстрекательским враньём, как и мартовское обещание Путина «использовать все имеющиеся средства» для защиты населения Юго-Востока Украины от беспредела, если оно о таковой защите попросит. Разумеется, в условиях, когда результаты выборов не признало даже непосредственно их инспирировавшее руководство РФ, они, тем более, не получили никакого, даже призрачного признания со стороны «международного сообщества» и были либо прямо осуждены (в том числе и Генеральным секретарём ООН), либо проигнорированы. В самих же народных республиках на фоне угасания порождённых «Русской весной» надежд, обстановки безысходности и беспросветности, явного предательства со стороны РФ и, в то же самое время, грубого насаждения ею своих беспринципных и вороватых ставленников и назначенцев, выдавливания подлинно народных лидеров, выхолащивания самой сути народности провозглашённых республик, фактически безальтернативные выборы были восприняты как некая пустая формальность и показной фарс, а потому не принесли и не могли принести никакой даже чисто внутренней легитимизации.

24. Летние и осенние разговоры о том, что «не надо вводить в Донбасс российские войска, потому что зимой Украина без поставок нефти и газа вымерзнет и народ свергнет бандерофашистскую хунту сам» закончились тем, что 30 октября в Брюсселе между РФ, ЕС и «Украиной» было подписано соглашение о поставках «Украине» российского газа до 31 марта 2015 года (то есть на весь критический зимний период), причём ещё и со скидкой в $100 за тыс. кубометров. Что касается российского ядерного топлива для украинских АЭС, то оно и вовсе не прекращалось даже на пике телевизионной истерии по поводу «кровавой фашистской хунты» и «распятом карателями трёхлетнем мальчике», а 25 ноября было официально объявлено о том, что украинская национальная атомная энергогенерирующая компания «Энергоатом» и российская топливная компания ТВЭЛ подписали дополнительное соглашение о поставках российского ядерного топлива на украинские атомные станции и на предстоящие 2015–2016 годы. Наконец, в последних числах декабря 2014 года было заключено соглашение о поставках «Украине» российского угля причём по льготным внутренним российским ценам и даже без предоплаты, то есть фактически даром, под «честное слово». Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков 27 декабря заявил ТАСС, что «Это является последовательной демонстрацией политической воли президента Путина к оказанию реальной поддержки украинцам, особенно в преддверии Нового года». Ранее в эфире телеканала «Россия-24» вице-премьер правительства РФ Дмитрий Козак заявил об этом решении в таких выражениях: «500 тыс. тонн угля мы будем поставлять из России, и, возможно, если будет достигнуто соответствующее дополнительное соглашение, то ещё дополнительно 500 тыс. тонн. То есть в целом до 1 млн тонн угля в месяц мы готовы поставлять на Украину, чтобы снять энергетические проблемы, которые возникают в стране». Одновременно с поставками угля было заявлено и о возобновлении поставок на Украину российской электроэнергии.

25. В том же самом декабре 2014 года «Украина», не иначе как в ответ на трогательную заботу Путина и тоже накануне новогодних праздников, организовала полноценную транспортную и пока частичную энергетическую блокаду Крыма. С 27 декабря прекращено железнодорожное и автобусное сообщение с полуостровом и движение грузов, включая продовольственные товары. Сообщалось также о том, что украинские пограничники не пропускают в Крым частные легковые машины. Были организованы серьёзные перебои подачи электроэнергии (несколько раз происходило полное обесточивание полуострова, что, в свою очередь создавало транспортный коллапс из-за отключения светофоров, проблемы со связью, отключение отопления, сбои в работе предприятий и учреждений) и одновременно же с этим вступил в силу запрет пользоваться в Крыму банковскими карточками Visa и MasterCard, что ударило по получателям зарплат и пенсий.

26. 18 декабря 2014 года в ходе своей десятой ежегодной большой пресс-конференции для российских и иностранных журналистов Путин заявил буквально следующее: «Надеюсь, что нам удастся в ходе диалога, а мы готовы выступать здесь как посредники, выйти всё-таки на прямой политический диалог. Этими способами и этими политическими инструментами урегулировать ситуацию, вплоть до восстановления единого политического пространства». Впрочем, ещё в октябре 2014 года в своём выступлении на форуме ВТБ Капитал «Россия зовёт!» Путин, говоря о тогда ещё предстоявших парламентских выборах на Украине выражал надежду «сберечь территориальную целостность Украины, вернуться к её единству». Таким образом, Путин вполне определённо выразил своё непризнание (даже формальное) ни государственного суверенитета ДНР и ЛНР, ни варианта их ключения в состав РФ по крымского образцу и обозначил курс на их возвращение в состав «Украины».

27. В декабре 2014 года противостояние между лидерами повстанцев и назначенцами путинской бюрократии в народных республиках дозрело до фазы открытого вооружённого конфликта. 29 декабря Командующий фронтом Казачьей национальной гвардии атаман Павел Дрёмов выступил с крайне резким обращением к Путину, заявив о разворовывании главой ЛНР Игорем Плотницким и его администрацией составов с углём и гуманитарных конвоев, чему у Дрёмова по его словам есть документальные доказательства и подтверждения. Он обратил внимание на то, что ЛНР прямо по ходу войны поставляет «Украине» (её «западным областям») уголь, причём никаких обратных поставок нет, потому что доходы от продажи этого угля разворовываются. Минские договорённости Дрёмов охарактеризовал непечатным выражением. Он заявил также о том, что людей принуждали участвовать в выборах главы ЛНР, шантажируя угрозой лишения пенсий, а также о том, что приближённые Плотницкого захватывают себе дома и квартиры жителей Донбасса. Дрёмов отметил, что «Прокурор области является бывшим прокурором области, зам. главы МВД ещё две недели назад была помощником начальника АТО Украины. … А что изменилось? Ради чего все они теряли друзей?». Примечательно, что при этом Дрёмов пригрозил опубликовать в интернете содержание некой «флэшки» в случае, если с кем-то из его товорищей «что-то случится», а в конце своего обращения он вновь повторил, что он и его товарищи не боятся угроз, что «вас всех убьют, и те, и другие». Эта возможность убийства не только «теми», но и «другими» (то есть номинально «своими») вскоре реализовалась самым трагическим образом. 1 января 2015 года в районе посёлка Георгиевка был предательски убит (расстрелян из засады из гранатомётов и стрелкового оружия или по другой версии – заживо сожжён прямо в бронированном автомобиле выстрелом из РПО «Шмель») активист Антимайдана с самого начала протестов, герой обороны Луганска, командир группы быстрого реагирования «Бэтмен», начальник штаба четвёртой бригады ЛНР, экс-министр обороны ЛНР Александр Александрович Беднов вместе с шестью своими бойцами. По официальной версии расстрел осуществили сотрудники МГБ ЛНР якобы при попытке задержания. Есть так же версия, что это убийство совершили люди из Народной Милиции. По версии людей «Бэтмена», расстрел осуществила ЧВК некоего отставного военного или отпускника из РФ по кличке Вагнер. Со ссылкой на командира диверсионно-штурмовой разведывательной группы «Русич» Алексея Мильчакова озвучивалась версия, что расстрел осуществил спецназ РФ. Также нет достоверных данных и о том, кто отдал приказ на убийство – Плотницкий, прокурор ЛНР, руководитель МГБ, кто-то из «советников» или командир на месте. В любом случае несомненный итог – предательское и подлое убийство одного из ярких повстанческих лидеров было осуществлено если не самими спецслужбами РФ, то ставленниками РФ (то есть криминализованной бюрократии и спецслужб) в лице «руководства ЛНР» сразу же после открытого выступления атамана Дрёмова с обвинением Плотницкого в разворовывании гуманитарной помощи и требованием его отставки. Убитый Беднов по имеющимся сведениям поддерживал это требование. Согласно некоторым публикациям, он имел весьма напряжённые отношения с фактически назначенным кремлёвскими кураторами «официальным руководством ЛНР» ещё со времён т.н. «выборов», до участия в которых реальных конкурентов Плотницкого (включая Беднова) попросту не допустили. В блогосфере сообщалось, что ещё тогда попытка зарегистрироваться кандидатом закончилась стрельбой с раненными. С целью оправдать и «легализовать» убийство своего политического оппонента, руководством ЛНР накануне 30 декабря 2014 года (согласно официальной версии), а, вполне возможно, что и задним числом, было состряпано «уголовное дело» с совершенно нелепыми в условиях повстанческой войны обвинениями в адрес убитого командира вплоть до «незаконного (?!) хранения оружия». С этого момента, то есть с начала наступившего 2015 года, можно вполне уверенно говорить о ликвидации народных повстанческих республик ударом в спину (со стороны Кремля) и об окончательном вырождении войны из антиолигархической и народно-освободительной в особую форму торгово-политических взаимоотношений кремлёвской и киевской мафий.

С.А. Строев

Продолжение следует

Комментарий сайта: в серьезном подходе нет места иллюзиям. Но если вы с чем-то тут не согласны, шлите соображения на anti-glob@narod.ru — мы готовы учесть ваше мнение.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code

Февраль 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
Рейтинг@Mail.ru