«Это время пересеклось с вечностью». Памяти Ксении Григорьевны Мяло

Ксения Мяло

Ксения Мяло

Я благодарна судьбе, что мне довелось близко общаться с таким совершенно необыкновенным человеком: глубоким и оригинальным мыслителем, страстным патриотом и деятельнейшей женщиной побывавшей и в пермских лесах у раскольников, и под огнем в Приднестровье. А еще она была необыкновенно тонкий публицист, чудесно владеющий выразительными средствами языка. А еще человек, способный чувствовать genius loci т.е. дух места Она побывала в различных местах — от Индии до Сантъяго де Компостелла. И не потому, что ей хотелось посмотреть на знаменитые исторические места. А потому что в каждом месте ей удавалось почувствовать дуновение истории.

Последний раз мы с Ксенией Григорьевной созванивались на Рождество Она обратила мое внимание на фразу о том, что когда родился Иисус, на мгновение всё остановилось, застыли птицы в небе. «Это время пересеклось с вечностью» — сказала Ксения Григорьевна.

Такие необыкновенно тонкие наблюдения она делала во множестве их можно найти и в ранних работах о молодежном бунте в Европе по материалам ее кандидатской диссертации — именно благодаря этой книге я обратила внимание на фамилию Мяло которую затем встречала в статьях в «толстых» журналах а затем и в книгах одна из которых — «Последние войны XX века» вышедшая в 2000 году — потрясла очень многих раскрытием реальной картину: кому и для чего понадобились кровь и слёзы на землях благополучных советских республик. И ведь Ксения Григорьевна лично видела все национальные конфликты своими глазами, хотя была к моменту распада СССР уже совсем не молода.

После выхода этой книги я и нашла Ксению Григорьевну и предложила ей сотрудничество с антиглобалистами. Однако главное, что всегда отличало К.Г. Мяло — это полная независимость в своих суждениях. Она писала статьи для антиглобалистских сборников — но не во всем разделяла наши взгляды, считая, что интеграция государств — дело неизбежное. То же самое в других сферах: она была истинно верующим человеком, присутствовала при снисхождении Благодатного огня в Кувуклии в Иерусалиме. Но в то же время нередко нелицеприятно отзывалась о том или ином церковном иерархе. Я помню, как она достала литовскую газету на русском где тамошний православный иерарх приветствовал отделение Литвы от России. А был это Илларион Алфеев — да-да, тот самый нынешний.

Наверное, можно сказать, что Ксения Мяло всегда оставалась собой и говорила то, что считала истинным, не глядя на возможные конфликты. Может, поэтому ее мнение — как бы ни было оно неудобно — всегда привлекало внимание разумных исследователей и политиков. Ее выступления в прессе и на ТВ были событием.

А ей хотелось оставить «злобу дня» и изучать славянство не с точки зрения нынешней политической конфигурации, а в перспективе веков и тысячелетий, с привлечением данных археологов и лингвистов-компаративистов. Она неоднократно говорила об этой своей мечте.

Но поставлена точка. Время Ксении Мяло закончилось. Началась вечность.

Елена Борисова

3 комментария: «Это время пересеклось с вечностью». Памяти Ксении Григорьевны Мяло

  • zno говорит:

    В СССР роман в течение трёх десятилетий распространялся в самиздате и был опубликован только во времена «перестройки» . В январе — апреле 1988 года «Новый мир» опубликовал авторский текст романа

  • Сергей говорит:

    Вечная память Ксении Григорьевне!

  • Елена Борисова говорит:

    ZNO, вы о каком романе говорите?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Июнь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Май    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930  
Рейтинг@Mail.ru